Вестник Свято-Филаретовского института

Статья посвящена датировке рассказа о Вавилонской башне (Быт 11:1–9), завершающего библейскую праисторию (Быт 1–11). Датировка рассказа о Вавилонской башне связана с более широкой научной проблемой датировки библейской праистории (Быт 1–11), а также не-жреческих текстов Пятикнижия. Уникальность Быт 1–11 в контексте библейской праистории заключается в привязке этого нарратива к конкретной географической области — Месопотамии и городу Вавилону. Это позволяет сделать попытку соотнести описанный в Быт 11:1–9 город с его реальным историческим прототипом, Вавилоном конкретной эпохи, и на основании этого датировать рассказ. Основная цель исследования — выявить наиболее вероятный исторический контекст возникновения рассказа. Методологически статья опирается на сравнительный анализ архитектурных, идейных и литературных параллелей, а также на внутренний текстологический и композиционный анализ. Объектом исследования является текст библейского рассказа о башне. 
В статье рассматриваются три конкурирующие модели датировки: ранняя (до новоассирийской эпохи), новоассирийская и поздняя, относящая рассказ к эпохе Вавилонского плена или началу персидского владычества. Исследование демонстрирует, что автор нарратива был глубоко погружен в месопотамский контекст, что исключает раннюю (доассирийскую) датировку. Критический анализ новоассирийской гипотезы выявляет слабость ­аргументов. Наиболее правдоподобным видится отнесение рассказа к нововавилонскому (эпоха плена) или персидскому (послепленная эпоха) периоду. Эта датировка предполагает, что текст содержит аллюзии на строи­тельные проекты и имперские амбиции нововавилонских царей и был вдохновлен вавилонским зиккуратом Этеменанки. Рассказ о Вавилонской башне мог появиться как богословское осмысление развала месопотамских империй.