Перейти к основному содержимому

Критический взгляд на Поместный собор

Упущенные возможности и малоизвестные факты Поместного собора 1917-1918 годов – одного из ключевых событий в жизни Русской церкви в XX веке – обсуждали ведущие историки 13 июня на круглом столе в рамках VI научной конференции «Религия и власть» в Государственном музее истории религии.

Константин Обозный, священник Илья Соловьев, протоиерей Георгий Митрофанов, Юлия Балакшина, Дмитрий Головушкин

Константин Обозный, священник Илья Соловьев, протоиерей Георгий Митрофанов, Юлия Балакшина, Дмитрий Головушкин

Юлия Балакшина

Учёный секретарь СФИ

Тему для круглого стола о Поместном соборе мы выбрали немножко грустную – «упущенные возможности». Ее честно держался отец Илья Соловьев, который говорил, что на собор собрались романтики и мечтатели, которые решали судьбу сельских кладбищ в ситуации, когда вся страна превращалась в одно сплошное кладбище. Соборяне издавали одну за другой декларации, которых не слушали ни народ, ни большевики, но не успели создать систему высшего церковного управления, которая могла бы работать в условиях гонений. Остальные участники круглого стола начали собор защищать. Главный аргумент: собрались прекрасные, образованные, глубоко церковные люди и явили пример духовного сопротивления нравственного меньшинства.

Протоиерей Георгий Митрофанов

Протоиерей Георгий Митрофанов

Заведующий кафедрой церковной истории СПбДА протоиерей Георгий Митрофанов рассказал об условиях созыва Поместного собора, который был бы невозможен без новой формы государственности, появившейся в стране. 

Он привел слова архиепископа Тамбовского Кирилла (Смирнова), будущего новомученика, сказанные в марте 1917-го: «Мы в лице Временного правительства имеем вполне законную власть, которой Государь передал свои права, мы должны подчиняться ему». Митрополит Киевский и Галицкий Антоний (Храповицкий), глава монархистов, также признавал Временное правительство законным и призывал паству к повиновению ему. Архиепископ Тверской Серафим (Чичагов), монархист по убеждениям, впоследствии митрополит Петроградский и священномученик, писал: «Милостью Божией народное восстание обошлось без жертв. Государственное устройство перешло к новому правительству. Русская революция оказалась самой короткой и бескровной. Долг каждого – поддержать новую власть, чтобы Временное правительство могло скорее приступить к созыву Учредительного Собрания». «Все это говорит о глубоком разочаровании в существовавшей ранее форме правления», – подытожил отец Георгий и отметил, что чаяния свободы для церкви были велики.

По мнению отца Георгия, в контексте Поместного собора можно говорить о совместной работе церкви и Временного правительства. В частности, Временным правительством был принят закон о свободе совести, поддержанный Синодом. В отличие от последущих большевистских законов, он не означал отделения церкви от государства и тем более лишения ее прав. Временное правительство и Собор были солидарны и в других вопросах – например, в том, чтобы оставить преподавание Закона Божия в школе. 

«Они объединились, чтобы дать свободу церкви, но оба были обречены, – сказал отец Георгий. – Упущенные возможности заключаются в том, что лучшие представители русского общества, церкви и государственности были готовы принять принципы свободы, а основное большинство русского народа от этой свободы отшатнулось. Мы и сейчас видим, что свобода не нужна ни церкви, ни в церкви, ни в обществе, ни в государстве. Это главная трагедия нашей истории. Для меня свобода немыслима без Христа, и раз нам не нужна свобода, нам не нужен Христос».

Дмитрий Головушкин

Дмитрий Головушкин

Доцент кафедры социологии и религиоведения РГПУ Дмитрий Головушкин отметил, что от собора многие ждали уврачевания раскола в обществе и в церкви, обострившегося в предреволюционные годы, но ожидания оказались напрасными. 

Председатель Общества любителей церковной истории иерей Илья Соловьев (Москва) отметил: «Собор не дал Русской церкви внятной церковной конституции. Все было направлено на существование свободной церкви в свободном государстве, а ни того, ни другого не было до Собора, тем более – после». После Октябрьского переворота ни о какой свободе церкви говорить не приходится.

Священник Илья Соловьев

председатель Общества любителей церковной истории

Поместный Собор 1917/18 годов и избрание патриарха Всероссийского. Как много об этом говорилось в минувшем году. Однако мало кто знает, что на самом деле за избрание патриарха высказалось всего 1/4 часть соборян от общей численности его участников. Почти столько же было против или воздержалось, а мнение более половины членов Собора по этому вопросу так и осталось невыясненным. На историческом заседании Собора 30 октября 1917 года в день голосования по вопросу об избрании патриарха согласно архивному экземпляру протокола Деяний присутствовало 220 членов. Позднее чья-то злая рука увеличила число присутствовавших до 315, а в официальном издании число участников заседания доведено до 317, хотя председательствующий на заседании митрополит Тихон (Беллавин) публично обозначил число присутствовавших той же цифрой – 220. Точнее определить число лиц, участвовавших в работе пленарного заседания 30 октября, позволяют результаты голосования по вопросу о необходимости избрания патриарха. За это предложение был подан 141 голос, против – 112 и 12 соборян воздержалось. Таким образом, в голосовании приняло участие 265 соборян, из 564 числившихся по спискам членов Собора, т.е. чуть менее 50% от общего числа членов Собора. Очевидно, что за немедленные выборы патриарха проголосовало только 25% от общего числа членов Собора. Вот так и никак не иначе!

На Поместном соборе Православной российской церкви 1917-1918 годов были рассмотрены важнейшие вопросы жизни Церкви и общества, а процесс его подготовки был связан с критическим пересмотром ее деятельности. Наиболее известное деяние Собора – восстановление патриаршества.

По материалам сайта Санкт-Петербургской митрополии, блогов священника Ильи СоловьеваЮлии Балакшиной

Круглый стол «Поместный Собор 1917-1918 годов: упущенные возможности» состоялся 13 июня в рамках VI научной конференции «Религия и власть» в Государственном музее истории религии. Ее организаторами выступили Музей истории религии и Свято-Филаретовский институт. Дискуссию вели ученый секретарь СФИ Юлия Балакшина и старший научный сотрудник ГМИР Александр Буров.

Михаил Шкаровский, доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник и главный архивист Центрального государственного архива Санкт-Петербурга, профессор СПбДА

Михаил Шкаровский, доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник и главный архивист Центрального государственного архива Санкт-Петербурга, профессор СПбДА

Александр Буров

Александр Буров

Сергей Фирсов, доктор исторических наук, член Экспертного совета исследователей религии при кафедре государственно-конфессиональных отношений РАНХиГС, профессор СПбГУ

Сергей Фирсов, доктор исторических наук, член Экспертного совета исследователей религии при кафедре государственно-конфессиональных отношений РАНХиГС, профессор СПбГУ

Подпишитесь на нашу почтовую рассылку

In English
Контакты
Лицензии

Свидетельство о государственной аккредитации № 2015 от 16 июня 2016 года
Лицензия № 2051 Федеральной службы по надзору в сфере образования и науки от 01.04.2016
Представление Отдела религиозного образования и катехизации Московской Патриархии № 09-5635-5 от 21.01.2009

Все документы
Реквизиты СФИ

ИНН: 7701165500, КПП: 770101001
Код ОКТМО 45375000
ПАО Сбербанк
P/сч: 40703810838120100621
К/сч: 30101810400000000225
БИК: 044525225

Ситуационный центр Минобрнауки по COVID-2019 («Горячая линия» с 8:00 до 20:00 по московскому времени): +7 (495) 198-00-00