«Социальный динамит»: как лозунги 1918 года определили исход Гражданской войны
Кирилл Михайлович отметил на лекции, что лозунги и большевиков, и добровольцев были направлены, прежде всего, на крестьянство, которое по переписи 1897 года насчитывало 77% населения Российской империи. Это была основная масса мужского населения, способного стать участниками Гражданской войны. Сама революция 1917 года явилась в образе солдатского бунта, когда началась в Петербурге с мятежа запасного батальона Лейб-гвардии Волынского полка, состоявшего в большинстве своём из вчерашних крестьян. Поэтому в центре внимания пропаганды стояли именно они.
Что декларировали большевики?
Двумя главными лозунгами большевиков на первом этапе Гражданской войны стали знаменитые декреты о мире и о земле, которые, по словам Кирилла Михайловича, «сыграли роль социального динамита». Лозунг о мире произвёл огромное воздействие на сознание солдатско-крестьянской массы. Мировая война в этот момент закончилась для них окончательно, происходила психологическая самодемобилизация. Это происходило несмотря на то, что политические настроения крестьян не были на стороне какой-то одной партии, а сам декрет обесценивал все военные усилия и потери Русской императорской армии 1914-1916 годов (больше полутора миллионов убитых). По мнению историка, до окончания войны оставалось недолго.
«Эрих Людендорф, главный стратег сухопутных войск Германской имперской армии, потом написал, что зимой 1917 года их положение было безнадёжным, а зимой 1918 уже неплохим. Восточный фронт исчез, немцы перебросили 52 дивизии с Востока на Запад», — рассказал Кирилл Михайлович.
Декрет о земле, который повторял эсеровский «примерный наказ» 1917 года, отменял фундаментальный принцип частной собственности на землю, причём не только для дворян, но и для представителей других социальных групп, включая крестьян. Но с точки зрения крестьянства, высшая справедливость заключалась не в равных правах, а в равных земельных наделах.
«В результате уравнительное землепользование коснулось всех, и начался передел земли более успешных домохозяев, которые стали таковыми в результате столыпинской аграрной реформы. Если у крестьян были излишки, которые они заработали, приобрели в прошлые десятилетия, теперь эти излишки подлежали отчуждению. По большому счёту, это было возвращение в достолыпинскую и по большому счету регрессивную общину», — пояснил Кирилл Александров.
Начался «черный передел», когда крестьяне громили помещичьи усадьбы, жгли библиотеки, били стёкла, иногда убивали тех, кто там жил. Была разгромлено 100 000 усадеб по России. По мнению историка, это было сделано для того, чтобы «не осталось среди дворян тех людей, которые бы могли возглавить крестьянское сопротивление». Кирилл Михайлович обратил внимание на то, что во время раскулачивания 19130-1931 годов у крестьян забирали то имущество, которое им досталось во время «черного передела».
Важно, что большевики не были крестьянской партией, Ленин называл РСДРП партией пролетариата. Крестьянин в классовой структуре был мелким землевладельцем, который стремился стать аграрием, товаропроизводителем, а значит был «классовым врагом неимущего рабочего».
Что декларировали добровольцы?
В Задонье генерал Корнилов диктовал журналисту Вячеславу Лембичу политическую программу Добровольческой армии: требования о восстановлении конституционно-монархического строя там не было. Лавр Корнилов видел Россию республикой и призывал бороться за неприкосновенность личности и жилища, юридическое равенство с ликвидацией классовых привилегий, право собственности, свободу передвижений, вероисповедания, предпринимательства, торговли, слова, печати, пролетарских союзов, собраний, с сохранением за рабочими революционных завоеваний в области регулирования норм труда. Декларировалось всеобщее начальное образование, полная автономия Церкви с устранением вмешательства государства в религиозную жизнь.
Три положения этой программы стали камнем преткновения для крестьян. Первое — это восстановление права собственности, что предполагало реституцию и возмещение убытков после «черного передела», который назывался недопустимым. Это предполагало конфискацию украденного и возможно уголовную ответственность. Второе — Корнилов предложил решить аграрный вопрос на Учредительном собрании, которое в сознании крестьян еще неизвестно когда соберется, а «полдесятины земли помещичьей уже есть». Третье — военачальник предлагал восстановить армию и продолжить борьбу с Австро-Венгрией и Германией со всеобщей мобилизацией и потерями, которые в глазах крестьян происходили «во имя непонятных целей».
Эта программа содержала в себе основы, на которых можно строить жизнь общества. Но для крестьянина это всё было неприемлемо. Он хотел мира и равную землю. «Никто не мог представить себе, что этот мир превратиться в Гражданскую войну, которая продлится 5 лет и унесёт примерно 11-12 миллионов человеческих жизней с учётом голода 1921 года», — заключил лектор.
По мнению Кирилла Михайловича, итоги Гражданской войны были связаны с тем, что столыпинская реформа началась, к сожалению, с непростительным историческим опозданием для крестьян, у которых не хватило опыта хозяйствования на своей земле как частной собственности, которая бы принадлежала только им.
