В Свято-Филаретовском институте прошёл день открытых дверей программы «История Зарубежной России»

«Первая волна эмиграции, возникшая в результате революции 1917 года и Гражданской войны — это около 1 миллиона человек. И ещё около 600-700 тысяч представителей национальных меньшинств, которые оказались на территории новообразованных государств, когда-то входивших до революции в состав Российской империи. Это был целый мир, в котором у людей были свои церковные юрисдикции, армия (в разоружённом состоянии), культура, печать, благотворительность, молодежно-юношеские организации, иконопись, художники, поэты, композиторы, театральные деятели», — подчеркнул руководитель программы профессор СФИ кандидат исторических наук Кирилл Александров.

То, каким был этот мир, кем были эти люди, раскрывает со своей стороны каждая дисциплина программы. На дне открытых дверей рассказали о некоторых из них.

Говоря о представителях эмиграции, принято рассматривать только верхние её слои: ведущих политических, военных деятелей, представителей науки и искусства, но, как подчеркнул известный специалист по истории Зарубежной России, читающий несколько курсов на программе, профессор СФИ кандидат исторических наук, Владимир Черняев, большая часть эмигрантов были людьми из народа, многие из которых — крестьянского происхождения. «Во Франции целые цеха рабочих были составлены из выходцев из России, которые вместе с Белой армией оказались за рубежом», — отметил Владимир Юрьевич.

Жизнь русской эмиграции была нелёгкой. «В российской истории я не встречал таких случаях, но во Франции некоторые рабочие спали на постели посменно, потому что дорого стоило жилье. Для первой волны эмиграция была трагедией, потому что происходило полное обнуление жизни, её надо было начинать сначала. За границей ничего не значили ни знания, ни степени, чины и прочие заслуги. Только королевство Югославии признавало российские дипломы, и лишь во времена короля Александра, так как он сам воспитывался в Петербурге. Даже в Чехословакии, где была организована “Русская акция” помощи эмигрантам, нужно было заново получать дипломы, чтобы работать по специальности. В чем ещё была трагедия? Если мы говорим о первой волне, человек терял связь со своими близкими, кругом общения, который у него был», — поделился Владимир Черняев.  

Владимир Юрьевич также обратил внимание на разницу между понятиями «Зарубежная Россия» и «Русское Зарубежье»:  «Русское Зарубежье — это диаспора, которая возникла во времена Александра II. А вот Зарубежная Россия — это государственность без собственной территории, которая имела паспорт, праздники, научные и культурные учреждения, возникла в 1920-е годы и закончила своё существование, когда пала стена, отделявшая внутреннюю Россию от внешней, и стали возможны контакты с Русским Зарубежьем». Историк отметил, что в своих курсах он рассматривает все волны русской эмиграции, вплоть до начала XXI века.

Специалист по военной эмиграции и русскому военному зарубежному некрополю, читающий курсы по этим темам, кандидат исторических наук Владимир Чичерюкин-Мейнгардт в качестве примера судеб представителей военной эмиграции рассказал о жизни двух человек. Первый герой —капитан-артиллерист Николай Алексеевич Раевский. Его книга, посвящённая Пушкину и его окружению, вышла ещё в советское время в середине семидесятых годов. После ареста в Праге в 1945 году и ГУЛАГа он был отправлен на поселение в Казахстан. Там он сумел развить то, что у него начиналось ещё в Праге, когда он стал заниматься изучением окружения и жизненного пути Александра Сергеевича Пушкина. Второй — бывший офицер Алексеевского конного дивизиона Николай Евгеньевич Ростовцев, у которого в вынужденной эмиграции в Болгарии открылся талант иконописца. В одном из болгарских изданий приводится длинный список болгарских храмов и монастырей Болгарской православной церкви, где писал иконы и делал росписи  бывший белый офицер Николай Евгеньевич Ростовцев. «Эти примеры свидетельствуют о том, какой, как сейчас принято говорить, человеческий капитал потерял русский народ, в первую очередь, и другие народы бывшей Российской Империи в результате вот этой национальной катастрофы 1917 года», — подчеркнул преподаватель.

Нельзя рассматривать историю Зарубежной России, не затронув тему литературы. Писателям, поэтам первой волны эмиграции выпала миссия сохранить и запечатлеть образ ушедшей России в своём творчестве.

«Этот образ уже ушедшей России сохраняется в произведениях Бунина, Шмелёва, Зайцева, Куприна и многих других замечательных писателей, поэтов, творчество которых мы рассматриваем. Но подавляющее большинство имён мы, к сожалению, пока что ещё знаем очень мало. И вот моя задача — познакомить слушателей с основными именами. Русская литература — один из самых ценных вкладов, которые внесли русские эмигранты в сокровищницу мировой и отечественной культуры», — отметила преподаватель курса по литературе русской эмиграции доктор филологических наук Марина Ветрова.

Кирилл Александров процитировал стихотворение Георгия Иванова:

Все чаще эти объявленья: 
Однополчане и семья 
Вновь выражают сожаленья… 
«Сегодня ты, а завтра я!» 
Мы вымираем по порядку – 
Кто поутру, кто вечерком 
И на кладбищенскую грядку 
Ложимся, ровненько, рядком. 
Невероятно до смешного: 
Был целый мир — и нет его. 
Вдруг — ни похода ледяного, 
Ни капитана Иванова, 
Ну, абсолютно ничего!

Кирилл Михайлович отметил, что курс по истории Зарубежной России — это свидетельство того, что этот мир не исчез, а продолжает существовать как явление. Историк читает курсы, связанные с военной миграцией. 

«В частности, мы говорим о Галлиполийской эпопее Русской армии, о пребывании казаков в лагерях на острове Лемнос, о рассеянии русской военной миграции, о Русском общевоинском союзе — самой крупной воинской организации Русского Зарубежья, объединявшей основную часть военных кадров. Затрагиваем тему коммуникациии между первой и второй волной, о том, как в 1940-1950-е годы происходили контакты между старыми русскими эмигрантами и людьми, которых эмигранты первой волны называли постсоветскими людьми», — рассказал преподаватель.

Одним из самых ярких моментов всего обучения для слушателей стали рассказы преподавателей о встречах с эмигрантами. Кирилл Александров рассказал на дне открытых дверей одну из таких историй: «Мы с Владимиром Юрьевичем Черняевым много раз встречались с Ростиславом Владимировичем Полчаниновым. Когда ему было три с половиной года, Пётр Николаевич Врангель приезжал в королевство сербов, хорватов и словенцев. Как рассказывал Ростислав Владимирович, ему дали цветы, и он должен был подойти, найти самого высокого дядю и сказать: “Вот тебе, дядя, цветы от русских детей”. И вот он вышел, сказал. А потом он рассказывает: “Я увидел весь этот зал с высоты птичьего полёта, потому что он меня поднял высоко над головой”».

Для слушателей программа стала настоящим открытием, о котором они благодарили на дне открытых дверей. 

«Я преподаватель педагогического университета, преподаю правовые дисциплины. Во мне совпали и профессиональные интересы, и личные. Я должен сказать, что это такое изменение в сознании и восприятии! Я бы сказал, что каждая из дисциплин — это энциклопедия истории Русского Зарубежья, и каждый преподаватель по-своему энциклопедист. Я как преподаватель знаю, о чём говорю. Я не льщу, меня поражает вот эта эрудиция, охват, глубина. А ещё сердечность и любовь. Для меня нет полноты русского, ощущения себя русским и причастным к русской культуре без истории зарубежной России», — рассказал выпускник программы Павел Харламов.

Запись дня открытых дверей доступна по ссылке.

Подробнее о программе можно узнать по ссылке. Сроки подачи документов в этому году: с 20 июня по 7 августа.