Перейти к основному содержимому

Богословие и наука: границы компетенции и поиск единства

Enter caption here

Открытия XX столетия неузнаваемо преобразили мир и вплотную подошли к сферам, которые на протяжении тысячелетий относились к области метафизики. Об этом говорили на секции «Христианство и наука» XVIII Рождественских чтений.

– Мы собрались сегодня затем, – сказал в приветственном слове собравшимся профессор физического факультета Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова доктор физико-математических наук Юрий Владимиров. – Чтобы определить соотношение физики, науки и религии в современном мире и по возможности укрепить диалог.

В своем докладе «Физика, метафизика, религия» Юрий Сергеевич рассказал о конфликте, который в свое время произошел между религией и наукой:

– Сегодня наука пытается ответить на вопросы, которые раньше были сферой компетенции философии и религии: что лежит в основе мироздания – детерминизм или вероятностные законы.

По словам докладчика, ньютоновская физика, которая главенствовала в естествознании в 17 веке, опиралась на абсолютный детерминизм: для объекта в контексте пространства-времени все было предопределено существующими физическими законами. Пьер-Симон Лаплас по этому поводу говорил, что если это так, то роль Бога сильно ограничена: в Его задачу  входило создать этот мир и создать те законы, по котором он развивается. Зачем, спрашивается, тогда ходить в церковь и что-то просить у Бога. Судьба уже все предопределила.

– В XX веке с развитием квантовой механики стало понятно, что наш мир опирается на вероятностные законы, – сказал Юрий Сергеевич Владимиров. – Ничего не предопределено жестко. В каждый момент у нас имеется выбор. И это порождает принципиально иное мировоззрение, что сразу  было отмечено такими классиками физики, как Нильс Бор, Карл Гейзенберг и Вольфганг Паули. 

Профессор Института философии РАН и Свято-Филаретовского православно-христианского института доктор философских наук Григорий Гутнер подчеркнул мысль о том, что система идеализаций, которые создает наука, в какой-то момент вытесняет самого человека, самого творца науки. В докладе «Богословие и наука: границы компетенции и поиск единства» Григорий Борисович, обращаясь к  природе и специфической роли научных идеализаций, сказал:

– Ссылаясь на работу Эдмунда Гуссерля, мы можем говорить о неком кризисе европейской науки. Сам Гуссерль говорил начал говорить об этом в 30-е годы, когда физика победными шагами шла вперед. О каком же кризисе может быть речь? Речь пойдет о кризисе доверия к науке. Человек, как живое существо, наделенное разумом, живет в некотором мире предметностей, непосредственно затрагивающих его, людей, с которыми он общается, и языковых игр, в которых он участвует. Первая и насущная потребность человека – ориентация в этом мире. Исходя из этой жизненной необходимости человек ставит вопросы и в этом – исток науки. Научные ответы должны находить некоторый отклик в исходном человеческом опыте.

Но наука, по мысли Гуссерля, дает ответ очень специфическим способом: она создает определенного рода идеализации – абстрактные образы тех предметностей, которые окружают человека в мире. Причем именно эта система идеализаций начинает рассматриваться как сфера возможных ответов и претендовать на то, именно в ней сокрыто все существенное, что относится к истине и человеческому счастью. А сам жизненный мир оказывается чем-то случайным и не нужным.

– Здесь и коренится кризис, – продолжил Григорий Борисович.– Наука может идти сколь угодно далеко, но кризис доверия здесь неизбежен. Выясняется, что не все, а лишь очень ограниченный круг вопросов человеческой жизни находит объяснение в этой сфере научных идеализаций. Возникает разочарование не только в науке, но и в разуме, что  вызывает сдвиги в культуре в сторону архаики, варварства и темной иррациональности, которые могут оказаться весьма трагичными, что мы  и наблюдали в XX веке.

Далее докладчик предположил, что подобное рассуждение возможно перенести и на богословие, которое строится по той же схеме. Изначально богословие возникло как ответ на вопросы, касающееся жизненного мира человека – его отношения к священному, к живому опыту веры. Система идеализаций, которую породило богословие, может оказаться точно так же вне жизненной сферы человека.

В конце доклада Григорий Борисович вернулся к вопросу диалога науки и богословия, заявленного в начале слушания отделения «Христианство и наука»

– Мы вряд ли найдем какое-то единство науки и богословия на уровне идеализаций.  Концепции так или иначе идут в разные стороны.  Лично мне кажется невозможным  установить соответствие между описанием творения в первых главах Бытия и эволюционной теорией. Там речь идет о разных вещах, а как они соотносятся – мы узнаем не сейчас и не здесь. Я не отвергаю возможность наведения мостов в концептуальной сфере, но главный аспект единства, и даже исток единства – это сам человек. То, где мы можем реально найти единство богословия и науки – это человек, который является началом и того и другого.

В работе конференции также приняли участие декан физического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова доктор физико-математических наук Владимир Трухин, доцент РГАУ-МСХА им. К.А. Тимирязева, кандидат физико-математических наук И.С. Нургалиев, методист Окружного методического центра Управления образования центрального округа Москвы, преподаватель СФИ Галина Муравник и другие представители научного и церковного сообщества.

Источник: сайт Преображенского братства

Подпишитесь на нашу почтовую рассылку

In English
Контакты
Лицензии

Свидетельство о государственной аккредитации № 2015 от 16 июня 2016 года
Лицензия № 2051 Федеральной службы по надзору в сфере образования и науки от 01.04.2016
Представление Отдела религиозного образования и катехизации Московской Патриархии № 09-5635-5 от 21.01.2009

Все документы
Реквизиты СФИ

ИНН: 7701165500, КПП: 770101001
Код ОКТМО 45375000
ПАО Сбербанк
P/сч: 40703810838120100621
К/сч: 30101810400000000225
БИК: 044525225

Ситуационный центр Минобрнауки по COVID-2019 («Горячая линия» с 8:00 до 20:00 по московскому времени): +7 (495) 198-00-00