Перейти к основному содержимому
Дмитрий Дорошко
Свято-Филаретовский институт / Общецерковная аспирантура и докторантура им. свв. Кирилла и Мефодия

Интеркоммунион в англикано-православном диалоге начала XX века: путь к воссоединению?

Доклад на XXII Сретенских чтениях
Разделение церквей есть грех, и переживается он очень болезненно. С целью исцеления от него на протяжении истории предпринималось множество более или менее удачных попыток, прежде всего – попытка понять и устранить различия на уровне вероучения. Между тем, на примере диалога Англиканской и Православной церквами оказалось, что разъяснить с совершенной точностью догматическое учение и определить тот минимум, без которого мы оказываемся за границами Церкви, крайне трудно. Также трудно оказывается с точностью определить границы Самой Церкви.

В определенный момент диалог зашел в своего рода тупик. Ряд вероучительных вопросов как будто бы остались без внятного и однозначного ответа, а некоторые из них требовали еще определенных шагов для разрешения. Более того, отчуждения в церкви, между Востоком и Западом, между христианскими конфессиями стало больше по сравнению с первыми веками существования еще неразделенного Христианства.

В этом контексте и возникает идея интеркоммуниона. Её предложил прот. Сергий Булгаков для англикано-православного Содружества св. Албания и прп. Сергия. Предложение вызвало бурную дискуссию, было написано ряд откликов, проведены различные совещаний, в т.ч. среди членов Содружества, шла активная переписка. И хотя за все время диалога никогда не было однозначного отношения к этой практике или ее возможности, разногласия проходили не по конфессиональному признаку: единомышленниками отца Сергия становились и православные, и англикане. То же можно сказать и о тех, кто был против, по разным причинам.

Надежда прот. Сергия Булгакова заключалась в том, что интеркоммунион снимет психологические и духовные барьеры, которые не удалось снять путем богословских дискуссий1.

При всем понимании различий и наличии не полностью решенных вопросов веры, включая действительность англиканских рукоположений, отец Сергия Булгакова полагал, что требуется решительный шаг, он также считал, что нужен духовный, творческий и пророческий акт, а значит и по-своему нетривиальный. Нетривиальность его предложения заключалась в т.н. «частичном интеркоммунионе» (partial intercommunion), т.е. то, что могло бы практиковаться только в рамках Содружества, где было уже взаимопонимание и единая жизнь. Некоторые объяснения отца Сергия о том, как это могло осуществиться, базировались на недопустимости потерять те дары, которые уже имелись в общении между представителями обеих церквей2. Такая возможность совместного причастия не обязывала участвовать в этом акте даже всех членов Содружества, но только тех, кто уже имел определенное понимание и согласие по этому вопросу. Хотя конечной целью этого шага (надо полагать, не единственного) сам отец Сергий ставил воссоединение Православной и Англиканской церквей3.

Следует отметить, что далеко не все поддержали предложение отца Сергия Булгакова, и это не только потому, что были ярыми противниками его самого или этой идеи, но и из соображений осторожности, например, епископ Фрир или свящ. Х.Л. Гудж (H.L. Goudge); упор делался на достижение минимального согласия по некоторым вопросам вероучения, т.н. «догматического минимума», с которым, как надеялись, все бы могли согласиться.

Противники этой идеи справедливо полагали, что для интеркоммуниона необходимо согласие и благословение обеих церквей, а члены Содружества не могли принять такое решение: «Русские члены нашего Содружества не могут говорить даже от имени Русской церкви, которой они принадлежат, а Русская церковь <в свою очередь> сама является одной из национальных церквей Востока. Английские члены Содружества тоже представляют свою церковь не больше русских»4. Так писал свящ. Гудж, разделяя самые теплые чувства по отношению к православным, и поэтому даже чувствовал себя не ловко, «возражая тому, чего и сам страстно желал»5.

Впрочем, отец Сергий Булгаков безусловно понимал это и сам говорил о том, что необходимо одобрение церковных властей, и даже писал, как это одобрение может быть выражено. Но он также полагал, что решения такого рода не могут быть просто спущены «сверху»; духовный акт, каким безусловно и должно было стать воссоединение церквей, может иметь свое начало и «снизу». Этот духовный акт должен был быть принят и соборным разумом Церкви.

Важно, что участники дискуссии противопоставляли «дипломатический метод» решения проблемы, когда решения достигаются путем переговоров, и т.н. «молекулярный метод», т.е. движением «снизу» без широкомасштабных изменений. В материалах Содружества по данному вопросу отмечалось, что «дипломатически» Православная церковь даже внутри себя не могла решить все важные проблемы. «Молекулярный подход» являлся в свою очередь попыткой уйти, как говорил отец Сергий Булгаков, от «тени Ватикана… ведь духу Православия чуждо принимать Вселенского патриарха или Архиепископа Кентерберрийского в качестве мини пап, как единственно компетентных»6.

Но в поисках нужного равновесия между «пустотой дипломатического метода» и собственно соборным голосом церкви прот. Георгий Флоровский, который выступал против интеркоммуниона, не видел легких путей, а потому рекомендовал подождать. Он был убежден, что совместное причастие должно предваряться единой верой и устранением догматических различий. А до этого, по его мнению, нужно было пройти еще очень далекий путь.

Проблема возможности Интеркоммуниона обостряется, когда мы говорим о мистических границах Церкви, о том, где и как являет себя Церковь как мистический организм, как Тело Христово. И если принимать за основу канонические или догматические установки, то это значит согласиться и на то, что именно каноны гарантируют нам нахождение внутри мистических границ. Сам прот. Георгий Флоровский с этим бы не согласился, что явно следует из его рассуждений о границах Церкви. Но и несмотря на это, его позиция вполне ясна и имеет серьезные основания. Прот. Георгий Флоровский призывал нести «крест терпения»7, в этом он видел путь к сближению; это не означало бездействия и стояния на месте, но продолжение диалога и соответствующих трудов «со всей осторожностью и с еще большим рвением»8.

Однако договориться по догматическим вопросам было нелегко еще и потому, что по-разному понималось само понятие догмата. Прот. Сергий Булгаков полагал, что полностью договориться о догмах невозможно в принципе, и что «догматический минимум мог быть найден в Евхаристии скорее, чем в осторожно выверенных богословских формулах»9.

Но как не нарушить соборные принципы церкви? По мнению прот. Георгия Флоровского, странность этого акта была бы еще и в том, что трудно себе представить, как можно иметь евхаристическое общение с одними из англикан и не иметь его с другими. Такое замечание не представляло сложности для проф. А.В. Карташева, он считал его «болезненно чувствительным симптомом несовершенства, но неизбежным фактом, если иметь в виду творческую духовную свободу»10. Прот. Сергий Булгаков отмечал, что уже есть практика совместного богослужения, и с помощью интеркоммуниона он желал «поднять этот настоящий факт (т.е. совместной молитвы – Д.Д.) до самого высокого уровня силы <его действия>»11.

Проф. А.В. Карташев, кроме этого, полагал, что в т.н. «молекулярном» подходе нет опасности, т.к. «соборность не есть вопрос одного момента времени <…> Она может и должна быть подтверждена меньшинством и непосредственным <своим> влиянием»12. Основываясь на исторических примерах, некоторые из которых мы приводили выше, он считал, что настоящая сплоченность может быть достигнута творческим и пророческим шагом. Несомненно встает вопрос о том, насколько предложение прот. Сергия Булгакова является соборным и церковным. По всем внешним признакам оно, как считал проф. А.В. Карташев, таковым не является, в переписке он даже назвал его «революционным»13. Но революция, считал он, не допустима по-человечески, однако ведь мы не можем не говорить о проявлении Святого Духа. И если это так, то вопрос обретает совсем другие очертания: «Знак проявлений Божьего Духа в их неожиданности, – говорит А.В. Карташев, – и в то же время в определенной легкости вхождения в жизнь, легкости воплощения, легком и быстром прекращении скандалов вокруг себя, в тихой победе»14. Но самое трудное для нас – отличить, где действие человеческое, а где действие Святого Духа. Внешних гарантий мы не найдем, и поэтому проф. А.В. Карташев предлагает поступить, как учил мудрый Гамалиил: «Если от людей начинание это – оно будет разрушено, а если от Бога… смотрите как бы вам не оказаться богоборцами» (Деян 5:38-39).

Митрополит Евлогий (Георгиевский), с которым беседовал Добби-Бэйтман, собиравший отклики, предварявшие дискуссию по предложению отца Сергия Булгакова, считал это предложение смелым, но невозможным для внедрения в широкие круги церковных людей15, хотя и саму идею, и ее возможное принятие он допускал.

Отметим, что диалог проходил в очень благоприятной атмосфере, и это крайне важно при обсуждении таких тонких вопросов. По большому счету, прот. Сергий Булгаков и прот. Георгий Флоровский не находились в какой бы то ни было оппозиции, как может показаться, несмотря на свои казалось бы диаметрально противоположенные взгляды. «Более того, – как писал прот. Георгий Флоровский, – через нашу взаимную любовь (с англиканами – Д.Д.) и узнавание мы также имеем мистический интеркоммунион во Христе, т.к. Евхаристия всегда одна и неделима. Единство веры позволяет нам различать эту подлинность, несмотря на эмпирическое разделение»16. Так проходили дискуссии и обмен мнениями и велась работа в поисках самых нетривиальных, действенных и соборных шагов на пути преодоления схизмы.

К сожалению, постепенно фокус внимания переключился на другие внутрицерковные проблемы. Во-первых, карловацкий раскол в Православной церкви стал поводом к более сдержанному отношению англикан. Получая в свой адрес упреки относительно слишком большого разнообразия внутри англиканского сообщества, на этот раз, желая того или нет, ни та, ни другая его сторона не могла не поставить вопроса о тяжелом «разнообразии» в отношении Православия. Во-вторых, критика, обрушившаяся на отца Сергия Булгакова в связи с его софиологией, подорвала его авторитет в т.ч. и в глазах некоторых англикан. В таком контексте предлагать «творческие» и «нетривиальные» шаги было куда сложнее. Наконец, в-третьих, начиная с 1939 года в связи с известными событиями изменилась геополитическая ситуация в мире. Богословский диалог в таких условиях в прежнем формате не мог продолжаться.

Следовало бы добавить, что Евхаристия, как показывает практика жизни, сама по себе не гарантирует собирания церкви и ее единства; вместе с тем, она не может быть средством достижения единства. Она может укрепить единство, но является уже и плодом собирания и единства церковного, что явно следует из самого чинопоследования литургии (в частности, предваряющих ее таинства покаяния и таинства мира). Кроме этого, мы вынуждены согласиться со свящ. Гуджем и в его утверждении о том, что даже внутри себя самих «и Английская, и Православная Восточная церковь намного меньше объединены в своей церковной жизни, чем они должны были бы»17, и это служит большим соблазном и антисвидетельством для внешних. Зачем еще более разделять церковь изнутри, если интеркоммунион провоцирует именно это? Из чего следует, что внимания к своим внутренним проблемам и грехам и труды по их исправлению могут быть добрым плодом покаяния, и в т.ч. конкретным шагом к воссоединению церквей.

В связи с этим мы вынуждены признать, что интеркоммунион как таковой не может привести к еще большему сближению церквей. Тем не менее, глубокий опыт межконфессионального единства был и без интеркоммуниона. Как свидетельствует свящ. Гудж: «я не чувствую себя практически отделенным»18 от русских христиан, разве что только в том, что «они все как христиане лучше меня»19. Гораздо более важным критерием единства он полагал не столько возможность совместной Евхаристии, сколько общую жизнь и духовное единство друг с другом, которое «зависит от… общего единства с Самим Христом»20.

Диалог, осуществлявшийся в рассматриваемый нами период, показал, что основания для возможности единения церквей лежат не только в области вероучения, но и в практике совместной жизни и ее качестве.

В ходе диалога не удалось прийти к общему мнению относительно возможности совместного участия в таинстве Евхаристии. Аргументы за основывались на опыте духовно переживаемого единения и уже сложившихся отношений, в частности, в рамках англикано-православного Содружества св. Албания и прп. Сергия. Аргументы против были связаны с опасением нарушить соборные принципы церкви, существующими противоречиями в вероучении церквей и с вероятным разрывом тех частей Англиканской и Православной церквей, которые заведомо не были готовы пойти на этот шаг.

_____________

1 Geffert Bryn. Eastern Orthodox and Anglicans: Diplomacy, Theology, and the Politics of Interwar Ecumenism. Notre Dame, Indiana : University of Notre Dame Press, 2010. С. 159.

2 Zernov Nicolas and Fr. Sergius Bulgakov. Some explanations of Fr. Bulgakov’s scheme for intercommunion. The Fellowship’s response to Fr. Sergius Bulgakov’s proposal for limited intercommunoin. 17th November, 1933. URL: http://sobornost.org/Archives_Bulgakov-Intercommunion.pdf (дата обращения: 08.06.2015).

3 Там же.

4 Goudge H.L., canon. Reunion and Intercommunion // The Journal of the Fellowship of St. Alban and St. Sergius. 1934. December. Issue 26. P. 5.

5 Там же. С. 4.

6 Dobbie-Bateman A.F. Fellowship of St. Alban and St. Sergius. Confidential note for the Executive. Not for Publication // Fellowship’s response to Fr. Sergius Bulgakov’s proposal for limited intercommunoin. 1933. November 17th. URL: http://sobornost.org/Archives_Bulgakov-Intercommunion.pdf (дата обращения: 08.06.2015)

7 Florovsky George, Rev. Remarks by Father George Florovsky. // Fellowship’s response to Fr. Sergius Bulgakov’s proposal for limited intercommunoin. 17th November, 1933. URL: http://sobornost.org/Archives_Bulgakov-Intercommunion.pdf (дата обращения: 08.06.2015).

8 Там же.

9 Geffert Bryn. Eastern Orthodox and Anglicans. P. 161.

10 Dobbie-Bateman A.F. Confidential Not for the Executive. // Fellowship’s response to Fr. Sergius Bulgakov’s proposal for limited intercommunoin. 17th November, 1933. URL: http://sobornost.org/Archives_Bulgakov-Intercommunion.pdf (дата обращения: 08.06.2015).

11 Там же.

12 Dobbie-Bateman A.F. Confidential Not for the Executive. // Fellowship’s response to Fr. Sergius Bulgakov’s proposal for limited intercommunoin. 17th November, 1933. URL: http://sobornost.org/Archives_Bulgakov-Intercommunion.pdf (дата обращения: 08.06.2015).

13 Kartashev A.V. Letter from professor Kartashev. // Fellowship’s response to Fr. Sergius Bulgakov’s proposal for limited intercommunoin. 17th November, 1933. URL: http://sobornost.org/Archives_Bulgakov-Intercommunion.pdf (дата обращения: 08.06.2015).

14 Kartashev A.V. Letter from professor Kartashev. // Fellowship’s response to Fr. Sergius Bulgakov’s proposal for limited intercommunoin. 17th November, 1933. URL: http://sobornost.org/Archives_Bulgakov-Intercommunion.pdf (дата обращения: 08.06.2015).

15 Dobbie-Bateman A.F. Confidential Note for the Executive // Fellowship’s response to Fr. Sergius Bulgakov’s proposal for limited intercommunoin. 17th November, 1933. URL: http://sobornost.org/Archives_Bulgakov-Intercommunion.pdf (дата обращения: 08.06.2015).

16 Florovsky George, Rev. Remarks by Father George Florovsky. // Fellowship’s response to Fr. Sergius Bulgakov’s proposal for limited intercommunoin. 17th November, 1933. URL: http://sobornost.org/Archives_Bulgakov-Intercommunion.pdf (дата обращения: 08.06.2015).

17 Goudge H.L., canon. Reunion and Intercommunion // The Journal of the Fellowship of St. Alban and St. Sergius. 1934. December. Issue 26. P. 5.

18 Goudge H.L., canon. Reunion and Intercommunion // The Journal of the Fellowship of St. Alban and St. Sergius. 1934. December. Issue 26. P. 6.

19 Там же.

20 Там же. С. 5.

Подпишитесь на нашу почтовую рассылку

In English
Контакты
Социальные сети
Лицензии

Свидетельство о государственной аккредитации № 2015 от 16 июня 2016 года
Лицензия № 2051 Федеральной службы по надзору в сфере образования и науки от 01.04.2016
Представление Отдела религиозного образования и катехизации Московской Патриархии № 09-5635-5 от 21.01.2009

Все документы
Реквизиты СФИ

ИНН: 7701165500, КПП: 770101001
Код ОКТМО 45375000
ПАО Сбербанк
P/сч: 40703810838120100621
К/сч: 30101810400000000225
БИК: 044525225