Перейти к основному содержимому
Дмитрий Дорошко
Свято-Филаретовский институт / Общецерковная аспирантура и докторантура им. свв. Кирилла и Мефодия

Интеркоммунион в англикано-православном диалоге начала XX века: путь к воссоединению?

Доклад на XXII Сретенских чтениях
Разделение церквей есть грех, и переживается он очень болезненно. С целью исцеления от него на протяжении истории предпринималось множество более или менее удачных попыток, прежде всего – попытка понять и устранить различия на уровне вероучения. Между тем, на примере диалога Англиканской и Православной церквами оказалось, что разъяснить с совершенной точностью догматическое учение и определить тот минимум, без которого мы оказываемся за границами Церкви, крайне трудно. Также трудно оказывается с точностью определить границы Самой Церкви.

В определенный момент диалог зашел в своего рода тупик. Ряд вероучительных вопросов как будто бы остались без внятного и однозначного ответа, а некоторые из них требовали еще определенных шагов для разрешения. Более того, отчуждения в церкви, между Востоком и Западом, между христианскими конфессиями стало больше по сравнению с первыми веками существования еще неразделенного Христианства.

В этом контексте и возникает идея интеркоммуниона. Её предложил прот. Сергий Булгаков для англикано-православного Содружества св. Албания и прп. Сергия. Предложение вызвало бурную дискуссию, было написано ряд откликов, проведены различные совещаний, в т.ч. среди членов Содружества, шла активная переписка. И хотя за все время диалога никогда не было однозначного отношения к этой практике или ее возможности, разногласия проходили не по конфессиональному признаку: единомышленниками отца Сергия становились и православные, и англикане. То же можно сказать и о тех, кто был против, по разным причинам.

Надежда прот. Сергия Булгакова заключалась в том, что интеркоммунион снимет психологические и духовные барьеры, которые не удалось снять путем богословских дискуссий1.

При всем понимании различий и наличии не полностью решенных вопросов веры, включая действительность англиканских рукоположений, отец Сергия Булгакова полагал, что требуется решительный шаг, он также считал, что нужен духовный, творческий и пророческий акт, а значит и по-своему нетривиальный. Нетривиальность его предложения заключалась в т.н. «частичном интеркоммунионе» (partial intercommunion), т.е. то, что могло бы практиковаться только в рамках Содружества, где было уже взаимопонимание и единая жизнь. Некоторые объяснения отца Сергия о том, как это могло осуществиться, базировались на недопустимости потерять те дары, которые уже имелись в общении между представителями обеих церквей2. Такая возможность совместного причастия не обязывала участвовать в этом акте даже всех членов Содружества, но только тех, кто уже имел определенное понимание и согласие по этому вопросу. Хотя конечной целью этого шага (надо полагать, не единственного) сам отец Сергий ставил воссоединение Православной и Англиканской церквей3.

Следует отметить, что далеко не все поддержали предложение отца Сергия Булгакова, и это не только потому, что были ярыми противниками его самого или этой идеи, но и из соображений осторожности, например, епископ Фрир или свящ. Х.Л. Гудж (H.L. Goudge); упор делался на достижение минимального согласия по некоторым вопросам вероучения, т.н. «догматического минимума», с которым, как надеялись, все бы могли согласиться.

Противники этой идеи справедливо полагали, что для интеркоммуниона необходимо согласие и благословение обеих церквей, а члены Содружества не могли принять такое решение: «Русские члены нашего Содружества не могут говорить даже от имени Русской церкви, которой они принадлежат, а Русская церковь <в свою очередь> сама является одной из национальных церквей Востока. Английские члены Содружества тоже представляют свою церковь не больше русских»4. Так писал свящ. Гудж, разделяя самые теплые чувства по отношению к православным, и поэтому даже чувствовал себя не ловко, «возражая тому, чего и сам страстно желал»5.

Впрочем, отец Сергий Булгаков безусловно понимал это и сам говорил о том, что необходимо одобрение церковных властей, и даже писал, как это одобрение может быть выражено. Но он также полагал, что решения такого рода не могут быть просто спущены «сверху»; духовный акт, каким безусловно и должно было стать воссоединение церквей, может иметь свое начало и «снизу». Этот духовный акт должен был быть принят и соборным разумом Церкви.

Важно, что участники дискуссии противопоставляли «дипломатический метод» решения проблемы, когда решения достигаются путем переговоров, и т.н. «молекулярный метод», т.е. движением «снизу» без широкомасштабных изменений. В материалах Содружества по данному вопросу отмечалось, что «дипломатически» Православная церковь даже внутри себя не могла решить все важные проблемы. «Молекулярный подход» являлся в свою очередь попыткой уйти, как говорил отец Сергий Булгаков, от «тени Ватикана… ведь духу Православия чуждо принимать Вселенского патриарха или Архиепископа Кентерберрийского в качестве мини пап, как единственно компетентных»6.

Но в поисках нужного равновесия между «пустотой дипломатического метода» и собственно соборным голосом церкви прот. Георгий Флоровский, который выступал против интеркоммуниона, не видел легких путей, а потому рекомендовал подождать. Он был убежден, что совместное причастие должно предваряться единой верой и устранением догматических различий. А до этого, по его мнению, нужно было пройти еще очень далекий путь.

Проблема возможности Интеркоммуниона обостряется, когда мы говорим о мистических границах Церкви, о том, где и как являет себя Церковь как мистический организм, как Тело Христово. И если принимать за основу канонические или догматические установки, то это значит согласиться и на то, что именно каноны гарантируют нам нахождение внутри мистических границ. Сам прот. Георгий Флоровский с этим бы не согласился, что явно следует из его рассуждений о границах Церкви. Но и несмотря на это, его позиция вполне ясна и имеет серьезные основания. Прот. Георгий Флоровский призывал нести «крест терпения»7, в этом он видел путь к сближению; это не означало бездействия и стояния на месте, но продолжение диалога и соответствующих трудов «со всей осторожностью и с еще большим рвением»8.

Однако договориться по догматическим вопросам было нелегко еще и потому, что по-разному понималось само понятие догмата. Прот. Сергий Булгаков полагал, что полностью договориться о догмах невозможно в принципе, и что «догматический минимум мог быть найден в Евхаристии скорее, чем в осторожно выверенных богословских формулах»9.

Но как не нарушить соборные принципы церкви? По мнению прот. Георгия Флоровского, странность этого акта была бы еще и в том, что трудно себе представить, как можно иметь евхаристическое общение с одними из англикан и не иметь его с другими. Такое замечание не представляло сложности для проф. А.В. Карташева, он считал его «болезненно чувствительным симптомом несовершенства, но неизбежным фактом, если иметь в виду творческую духовную свободу»10. Прот. Сергий Булгаков отмечал, что уже есть практика совместного богослужения, и с помощью интеркоммуниона он желал «поднять этот настоящий факт (т.е. совместной молитвы – Д.Д.) до самого высокого уровня силы <его действия>»11.

Проф. А.В. Карташев, кроме этого, полагал, что в т.н. «молекулярном» подходе нет опасности, т.к. «соборность не есть вопрос одного момента времени <…> Она может и должна быть подтверждена меньшинством и непосредственным <своим> влиянием»12. Основываясь на исторических примерах, некоторые из которых мы приводили выше, он считал, что настоящая сплоченность может быть достигнута творческим и пророческим шагом. Несомненно встает вопрос о том, насколько предложение прот. Сергия Булгакова является соборным и церковным. По всем внешним признакам оно, как считал проф. А.В. Карташев, таковым не является, в переписке он даже назвал его «революционным»13. Но революция, считал он, не допустима по-человечески, однако ведь мы не можем не говорить о проявлении Святого Духа. И если это так, то вопрос обретает совсем другие очертания: «Знак проявлений Божьего Духа в их неожиданности, – говорит А.В. Карташев, – и в то же время в определенной легкости вхождения в жизнь, легкости воплощения, легком и быстром прекращении скандалов вокруг себя, в тихой победе»14. Но самое трудное для нас – отличить, где действие человеческое, а где действие Святого Духа. Внешних гарантий мы не найдем, и поэтому проф. А.В. Карташев предлагает поступить, как учил мудрый Гамалиил: «Если от людей начинание это – оно будет разрушено, а если от Бога… смотрите как бы вам не оказаться богоборцами» (Деян 5:38-39).

Митрополит Евлогий (Георгиевский), с которым беседовал Добби-Бэйтман, собиравший отклики, предварявшие дискуссию по предложению отца Сергия Булгакова, считал это предложение смелым, но невозможным для внедрения в широкие круги церковных людей15, хотя и саму идею, и ее возможное принятие он допускал.

Отметим, что диалог проходил в очень благоприятной атмосфере, и это крайне важно при обсуждении таких тонких вопросов. По большому счету, прот. Сергий Булгаков и прот. Георгий Флоровский не находились в какой бы то ни было оппозиции, как может показаться, несмотря на свои казалось бы диаметрально противоположенные взгляды. «Более того, – как писал прот. Георгий Флоровский, – через нашу взаимную любовь (с англиканами – Д.Д.) и узнавание мы также имеем мистический интеркоммунион во Христе, т.к. Евхаристия всегда одна и неделима. Единство веры позволяет нам различать эту подлинность, несмотря на эмпирическое разделение»16. Так проходили дискуссии и обмен мнениями и велась работа в поисках самых нетривиальных, действенных и соборных шагов на пути преодоления схизмы.

К сожалению, постепенно фокус внимания переключился на другие внутрицерковные проблемы. Во-первых, карловацкий раскол в Православной церкви стал поводом к более сдержанному отношению англикан. Получая в свой адрес упреки относительно слишком большого разнообразия внутри англиканского сообщества, на этот раз, желая того или нет, ни та, ни другая его сторона не могла не поставить вопроса о тяжелом «разнообразии» в отношении Православия. Во-вторых, критика, обрушившаяся на отца Сергия Булгакова в связи с его софиологией, подорвала его авторитет в т.ч. и в глазах некоторых англикан. В таком контексте предлагать «творческие» и «нетривиальные» шаги было куда сложнее. Наконец, в-третьих, начиная с 1939 года в связи с известными событиями изменилась геополитическая ситуация в мире. Богословский диалог в таких условиях в прежнем формате не мог продолжаться.

Следовало бы добавить, что Евхаристия, как показывает практика жизни, сама по себе не гарантирует собирания церкви и ее единства; вместе с тем, она не может быть средством достижения единства. Она может укрепить единство, но является уже и плодом собирания и единства церковного, что явно следует из самого чинопоследования литургии (в частности, предваряющих ее таинства покаяния и таинства мира). Кроме этого, мы вынуждены согласиться со свящ. Гуджем и в его утверждении о том, что даже внутри себя самих «и Английская, и Православная Восточная церковь намного меньше объединены в своей церковной жизни, чем они должны были бы»17, и это служит большим соблазном и антисвидетельством для внешних. Зачем еще более разделять церковь изнутри, если интеркоммунион провоцирует именно это? Из чего следует, что внимания к своим внутренним проблемам и грехам и труды по их исправлению могут быть добрым плодом покаяния, и в т.ч. конкретным шагом к воссоединению церквей.

В связи с этим мы вынуждены признать, что интеркоммунион как таковой не может привести к еще большему сближению церквей. Тем не менее, глубокий опыт межконфессионального единства был и без интеркоммуниона. Как свидетельствует свящ. Гудж: «я не чувствую себя практически отделенным»18 от русских христиан, разве что только в том, что «они все как христиане лучше меня»19. Гораздо более важным критерием единства он полагал не столько возможность совместной Евхаристии, сколько общую жизнь и духовное единство друг с другом, которое «зависит от… общего единства с Самим Христом»20.

Диалог, осуществлявшийся в рассматриваемый нами период, показал, что основания для возможности единения церквей лежат не только в области вероучения, но и в практике совместной жизни и ее качестве.

В ходе диалога не удалось прийти к общему мнению относительно возможности совместного участия в таинстве Евхаристии. Аргументы за основывались на опыте духовно переживаемого единения и уже сложившихся отношений, в частности, в рамках англикано-православного Содружества св. Албания и прп. Сергия. Аргументы против были связаны с опасением нарушить соборные принципы церкви, существующими противоречиями в вероучении церквей и с вероятным разрывом тех частей Англиканской и Православной церквей, которые заведомо не были готовы пойти на этот шаг.

_____________

1 Geffert Bryn. Eastern Orthodox and Anglicans: Diplomacy, Theology, and the Politics of Interwar Ecumenism. Notre Dame, Indiana : University of Notre Dame Press, 2010. С. 159.

2 Zernov Nicolas and Fr. Sergius Bulgakov. Some explanations of Fr. Bulgakov’s scheme for intercommunion. The Fellowship’s response to Fr. Sergius Bulgakov’s proposal for limited intercommunoin. 17th November, 1933. URL: http://sobornost.org/Archives_Bulgakov-Intercommunion.pdf (дата обращения: 08.06.2015).

3 Там же.

4 Goudge H.L., canon. Reunion and Intercommunion // The Journal of the Fellowship of St. Alban and St. Sergius. 1934. December. Issue 26. P. 5.

5 Там же. С. 4.

6 Dobbie-Bateman A.F. Fellowship of St. Alban and St. Sergius. Confidential note for the Executive. Not for Publication // Fellowship’s response to Fr. Sergius Bulgakov’s proposal for limited intercommunoin. 1933. November 17th. URL: http://sobornost.org/Archives_Bulgakov-Intercommunion.pdf (дата обращения: 08.06.2015)

7 Florovsky George, Rev. Remarks by Father George Florovsky. // Fellowship’s response to Fr. Sergius Bulgakov’s proposal for limited intercommunoin. 17th November, 1933. URL: http://sobornost.org/Archives_Bulgakov-Intercommunion.pdf (дата обращения: 08.06.2015).

8 Там же.

9 Geffert Bryn. Eastern Orthodox and Anglicans. P. 161.

10 Dobbie-Bateman A.F. Confidential Not for the Executive. // Fellowship’s response to Fr. Sergius Bulgakov’s proposal for limited intercommunoin. 17th November, 1933. URL: http://sobornost.org/Archives_Bulgakov-Intercommunion.pdf (дата обращения: 08.06.2015).

11 Там же.

12 Dobbie-Bateman A.F. Confidential Not for the Executive. // Fellowship’s response to Fr. Sergius Bulgakov’s proposal for limited intercommunoin. 17th November, 1933. URL: http://sobornost.org/Archives_Bulgakov-Intercommunion.pdf (дата обращения: 08.06.2015).

13 Kartashev A.V. Letter from professor Kartashev. // Fellowship’s response to Fr. Sergius Bulgakov’s proposal for limited intercommunoin. 17th November, 1933. URL: http://sobornost.org/Archives_Bulgakov-Intercommunion.pdf (дата обращения: 08.06.2015).

14 Kartashev A.V. Letter from professor Kartashev. // Fellowship’s response to Fr. Sergius Bulgakov’s proposal for limited intercommunoin. 17th November, 1933. URL: http://sobornost.org/Archives_Bulgakov-Intercommunion.pdf (дата обращения: 08.06.2015).

15 Dobbie-Bateman A.F. Confidential Note for the Executive // Fellowship’s response to Fr. Sergius Bulgakov’s proposal for limited intercommunoin. 17th November, 1933. URL: http://sobornost.org/Archives_Bulgakov-Intercommunion.pdf (дата обращения: 08.06.2015).

16 Florovsky George, Rev. Remarks by Father George Florovsky. // Fellowship’s response to Fr. Sergius Bulgakov’s proposal for limited intercommunoin. 17th November, 1933. URL: http://sobornost.org/Archives_Bulgakov-Intercommunion.pdf (дата обращения: 08.06.2015).

17 Goudge H.L., canon. Reunion and Intercommunion // The Journal of the Fellowship of St. Alban and St. Sergius. 1934. December. Issue 26. P. 5.

18 Goudge H.L., canon. Reunion and Intercommunion // The Journal of the Fellowship of St. Alban and St. Sergius. 1934. December. Issue 26. P. 6.

19 Там же.

20 Там же. С. 5.

Контакты
Лицензии

Свидетельство о государственной аккредитации № 3670 от 24 ноября 2021 года
Лицензия № 2990 Федеральной службы по надзору в сфере образования и науки от 22 октября 2021 года
Представление Отдела религиозного образования и катехизации Московской Патриархии № 09-5635-5 от 21.01.2009

Все документы
Реквизиты СФИ

ИНН: 7701165500, КПП: 770101001
Код ОКТМО 45375000
ПАО Сбербанк
P/сч: 40703810838120100621
К/сч: 30101810400000000225
БИК: 044525225

Ситуационный центр Минобрнауки по COVID-2019 («Горячая линия» с 8:00 до 20:00 по московскому времени): +7 (495) 198-00-00