Перейти к основному содержимому

«И что человек, что его берегут? — гнездо разоренья и стона»

Очередной учебный год в СФИ по традиции начался с общей молитвы, поздравления новых студентов и актовой лекции. В этом году ее прочитала Ольга Седакова. Тема лекции — «Поэзия и антропология».

Ректор СФИ священник Георгий Кочетков и поэт
Read this in English

Очередной учебный год в СФИ по традиции начался с общей молитвы, поздравления новых студентов и актовой лекции. В этом году ее прочитала Ольга Седакова. Тема лекции — «Поэзия и антропология».

«В XX веке обнаружилось, что от того, что думают о человеке, зависят исторические движения и решения», — сказала Ольга Александровна. Она проследила развитие взгляда на человека от гуманизма эпохи Просвещения до современной постсекулярной антропологии.

Крах «секулярного проекта»

Просвещение думает о человеке очень высоко, что по природе человек тянется к добру, если ему не мешают. Оно не принимает всерьез мысль о грехопадении, но и сотворение человека по образу Божьему ему тоже не нужно. Просвещение верит, что человека можно сделать самим собой силами универсальной этики и разума, который разгоняет предрассудки и пороки, не встречая препятствий.

XIX и особенно XX век показали, что такие препятствия есть. Изучение архаических культур открыло мифологическое сознание, которое оперирует не рациональными понятиями, а образами и метафорами. Человек столкнулся в себе самом с тайной. Оказалось, что тьма может быть привлекательна, что сила влечет человека независимо от того, добрая она или злая. Внесознательное начало, воля гибнуть и жажда насилия оказались внутренними свойствами человека. Вышедший из подполья миф предложил вместо «скучного» гуманизма с его «плохо» и «хорошо» таинственную тьму, притягательную своей жизненной силой. С мифологическим сознанием и восторгом перед ним, с торжеством темного дионисийского начала были связаны традиционалистские и фашистские движения в Европе.

Доказательство грехопадения

Ответом на гуманистическое возвышение человека стала антропология презрения к личности, испытанная тоталитарными режимами XX и XXI века. Причем помимо нацистского и коммунистического, современные христианские мыслители разглядели в истории и третий, неидеологический тоталитаризм, ключевое слово которого — «эффективность», так же подчиняющая человека, как классовая и национальная идеи.

Ханна Арендт видела антропологическую предпосылку тоталитаризма в «террористической гипотезе о человеке», согласно которой человек — бесконечно податливое существо, состоящее из низменных стремлений, преимущественно страха и корысти. «Если Просвещение не знает в человеке первородного греха, то тайная полиция только это о нем и знает», — сказала Ольга Седакова.

Аушвиц и ГУЛАГ экспериментально доказали глубинную поврежденность человека, опровергли тезис Просвещения о его доброй природе, но при этом оставили своих непосредственных участников с чувством личной невиновности за происшедшее, с унаследованной от Просвещения привычкой объяснять и оправдывать человека внешними причинами.

Можно ли верить в человека?

Если на самом деле человек такой — греховный и невиновный, всегда объяснимый извне, то в качестве рабочей гипотезы остается только современная «терапевтическая антропология», которая видит в человеке не художника, не мыслителя, не образ Божий, а лишь «пациента»: он плохой, но ведь у него тяжелые условия. Такое «циническое доброе отношение к человеку» — похмелье после крушения антропологии Просвещения, считает Ольга Седакова.

Свидетели истории XX века, такие как Ханна Арендт, Дитрих Бонхеффер, стали искать оправдания человека. Возможен ли новый христианский гуманизм? Возможно ли, сталкиваясь с законом греха, выраженным в словах апостола Павла «я творю не то доброе, которое хочу, но злое, которого не хочу» (Рим 7:19), не терять веры в человека? Возможно ли видеть в нем того, кто, согласно христианскому откровению, способен вместить Бога?

По мнению Ольги Александровны, поэзия, которую не рассматривали с антропологических позиций, дает основания для антроподицеи, ставит вопрос о составе человека, она что-то о нем говорит. «Человек для себя — это прежде всего труд, но не в том расхожем смысле, в котором труд противопоставляется дару. Это “дар труда” и “труд дара”. Человека в человеке всегда как будто еще нет. Он не данность, он заданность», — сказала Ольга Седакова.

Полную аудиозапись лекции мы опубликовали на сайте.

Подпишитесь на нашу почтовую рассылку

In English
Социальные сети
Контакты
Лицензии

Свидетельство о государственной аккредитации № 2015 от 16 июня 2016 года
Лицензия № 2051 Федеральной службы по надзору в сфере образования и науки от 01.04.2016
Представление Отдела религиозного образования и катехизации Московской Патриархии № 09-5635-5 от 21.01.2009

Все документы
Реквизиты СФИ

ИНН: 7701165500, КПП: 770101001
Код ОКТМО 45375000
ПАО «Сбербанк России»
P/сч: 40703810838120100621
К/сч: 30101810400000000225
БИК: 044525225